(untitled) (Вестник Пермского университета. Политология / Bulletin of Perm University. Political Science, 2018)
Статья посвящена анализу ситуации с изучением родных языков в национальных республиках в России и состоит из трех частей. В первой части представлена теоретическая основа исследования. Языковой вопрос рассматривается как часть проводимой региональными акторами политики идентичности, направленной на формирование «мы-сообщества» с целью легитимации властвующей элиты. Отмечается, что стратегии политики идентичности в регионах зависят от характера взаимоотношений центра и регионов, а также от деятельности федерального правительства по формированию общенациональной идентичности. Во второй части статьи анализируется история политики идентичности в национальных республиках России в контексте развития федеративных отношений и процесса национального строительства. Формирование отношений центр-регионы в 1990-е гг. позволило национальным республикам активно использовать политику идентичности для достижения своих интересов как внутри региона, так и при торге с федеральным центром за дополнительные полномочия. Рецентрализация российского государства, произошедшая в 2000-е гг., трансформировала политику идентичности в регионах, основной целью которой стала демонстрация лояльности центральному правительству. Возврат прямых выборов губернаторов в 2012 г. вернул политику идентичности в региональную повестку дня, позволив некоторым из национальных республик вновь использовать ее для торга с центром. Наконец, в третьей части статьи анализируется непосредственно конфликт вокруг языкового вопроса, начавшийся летом 2017 г. Отмена обязательного изучения родного языка в национальных республиках рассматривается, с одной стороны, как попытка федерального центра в одностороннем порядке пересмопользования этнической карты для национальных элит. С другой стороны, складывающаяся на данный момент ситуация представляется как возможность политическим элитам республик активизировать риторику политики идентичности внутри и вне региона для отстаивания собственных интересов. DOI: http://dx.doi.org/10.17072/2218-1067-2018-3-103-119