Морфология личных местоимений удмуртского языка в грамматике М. А. Мышкина (Вестник Пермского университета. Российская и зарубежная филология, 2025)
В статье рассматриваются оригинальные падежные формы личных местоимений 1-го и 2-го лица, единственного и множественного числа, зафиксированные в труде Михаила Алексеева Мышкина «Краткой отяцкія грамматики опытъ» (конец 1770-х гг.). В пределах небольшого языкового ареала (с. Укан и близлежащие деревни) были распространены три варианта инструменталя единственного числа, косвенные формы личных местоимений множественного числа образованы по «шаблону» коми языков – от основ генитива. В работе анализируются вопросы о причинах появления такого разнообразия падежных форм и о том, являются ли отгенитивные формы заимствованиями из близкородственных языков. В ходе исследования проводился морфологический и сравнительно-исторический анализ падежных форм, были привлечены примеры из коми-пермяцкого и коми-зырянского языков. Для выявления интенсивности межъязыковых контактов проводился анализ публикаций, посвященных изучению топонимов в частности и межэтнических контактов в целом. По результатам работы высказано предположение, что варианты инструменталя единственного числа: с суффиксами простого и притяжательного склонения и дублированным суффиксом – могли появиться в силу миграционных процессов внутри удмуртского этноса. Обнаружено, что отгенитивные падежные формы личных местоимений множественного числа не могут быть заимствованием, так как на данный момент исторические и лингвистические исследования не подтверждают существования настолько тесных и длительных контактов между носителями удмуртского и коми языков, чтобы могла заимствоваться такая консервативная часть грамматики, как падежные формы личных местоимений. Архаичные формы могут являться либо подтверждением идеи об ареальных и ареально-генетических связях между близкородственными народами, либо собственно удмуртским диалектным явлением, уходящим корнями в общепермский язык.