(untitled) (Вестник Пермского университета. История = Perm University Herald. History ISSN 2219-3111, 2024)
Статья посвящена истории координации научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, выполняемых в СССР 1960-х гг. при участии студентов и преподавателей вузов. Устройство позднесоветской вузовской науки рассматривается на примере разработки и внедрения машинной педагогики в Московском энергетическом институте. При описании работы конструкторов обучающих автоматов и теоретиков машинной педагогики, которая велась под руководством секции обучающих автоматов Научного совета по комплексной проблеме «Кибернетика» при Президиуме Академии наук СССР, особое внимание уделяется особенностям технологического трансфера и осложнениям, возникшим на стадии некритической адаптации программированного обучения к реалиям советского политехнического образования. Вузовские лаборатории МЭИ, МГУ и ЛГУ взяли на себя реализацию проекта по созданию обучающих машин и разработке психолого-педагогического обоснования их применения в высшем образовании. Кибернетически ориентированные советские психологи (Н. И. Жинкин и Л. Н. Ланда) отдали предпочтение американскому опыту, скрывая его необихевиористскую основу за кибернетической терминологией. Это вызвало сопротивление со стороны психолога А. Н. Леонтьева, который подключил к проекту педагогических психологов МГУ Н. Я. Гальперина и Н. Ф. Талызину. По результатам развернувшегося в МЭИ эксперимента по внедрению машин в учебный процесс была сделана ставка на дальнейшую алгоритмизацию методов тестирования. Возражая против этого решения, Гальперин и Талызина покинули проект. В неспособности участников сети обеспечить консенсус автор обнаруживает родовые дефекты советской научно-технической координации и одну из причин неуспехов в разработке машин для программированного обучения в СССР.