(untitled) (Вестник Пермского университета. История = Perm University Herald. History ISSN 2219-3111, 2019)
Концептуально обосновывается понятие «шлюзы транснациональной миграции» как особый тип социально-пространственной конфигурации, возникший в конце XIX – начале XX в. Первые их исторические формы появились одновременно в разных географических точках разных стран в ходе массовых миграционных процессов первой волны глобализации. Эти «места модерности» возникали в результате бурного развития транспортной и медийной инфраструктуры, медикализации различных сторон жизни человека и социума, триумфа экспертной рациональности в государственном управлении и других трендов того времени. Детально анализируются два примера миграционных «хабов», появившихся вдоль линий интенсивных миграций: регистрационный пункт Эллис Айленд для трансатлантических мигрантов в Нью Йорке и переселенческий пункт в Челябинске для крестьян, стремившихся переселиться за Урал. Эллис Айленд воплощал собой государственную потребность в контроле, управлении и учете. С другой стороны, деятельность многих экспертных групп в различных службах этого центра способствовала генерации и знаний о социуме и аккумуляции статистического материала. Эллис Айленд вошел в память и ментальные карты миллионов жителей США как место интенсивного личного опыта и эмоций. Переселенческий пункт в Челябинске также служил местом сбора личной информации и статистических сведений, играл важную роль в миграционных процессах в поздней Российской империи. Однако в современной культурной памяти жителей России он почти не представлен, не музеефицирован, в символической политике не используется. Рассматриваются и другие характеристики, позволяющие различать два «шлюза транснациональной мобильности». Однако в центре внимания исследователя находятся 15 идеально-типических характеристик, общих для любого социального пространства такого рода. В завершающей части статьи ставятся вопросы о дальнейших разработках в рамках представленной концепции. doi 10.17072/2219-3111-2019-1-114-128